Что ждет HBO, Netflix и AppleTV в Казахстане
13 мая Министерство культуры и информации разместило результаты анализа регуляторного воздействия, которое оно провело в рамках разработки законопроекта по вопросам онлайн-платформ и масс-медиа.
Данный проект сформирован в конце прошлого года и, предположительно, будет рассматриваться уже не Парламентом, а Курултаем.
Разработчики отмечают, что многие зарубежные сервисы, работающие в Казахстане, не имеют юридического представительства в стране, не выполняют требования законодательства, не реагируют на запросы государственных органов. И, к сожалению, зачастую такое происходит.
Наряду с этим отмечается, что такие платформы могут распространять тот или иной контент с нарушением авторских прав, что наносит ущерб правообладателям и добросовестным участникам рынка.
При этом данными платформами осуществляется трансляция телеканалов, которые не поставлены на учет в Казахстане, и/или реклама букмекерских контор и онлайн-казино, что также является нарушением национального законодательства.
И тут есть несколько моментов, которые следует отметить.
Первое, это то, что правовые основания для блокировки онлайн-сервисов, нарушающих казахстанское законодательство уже существуют и применяются, о чем прямо указывается в материалах.
Появление еще одного основания для блокировки сервиса не изменит уровня правовой культуры и ответственности у недобросовестных платформ. При этом вопросы качества технического исполнения блокировок (и сопутствующих сложностей) лежат не в регуляторной, а в технической плоскости.
Второе, вероятность того, что недобросовестные платформы, которые не платят налоги и обеспечивают доступ пользователей к противоправному контенту, пойдут на процедуру регистрации юрлица и получение лицензии, крайне мала.
Исходя из этого можно предположить, что регулирование направлено именно на официальные, крупные и добросовестные платформы, которые в настоящее время не исполняют отдельные требования, но в целом рассматриваются правительством как договороспособные партнеры.
Третье, заявляемый экономический эффект от внедрения лицензирования для госбюджета завышен в несколько раз. Министерство заявляет, что у сервисов HBO Max, Netflix, Amediteka, Иви и Start по 100 тыс. платных подписчиков, в то время как у Amazon Prime и Okko по 3,5 и 1,5 тыс. подписчиков соответственно. И совокупно ожидаемый уровень налоговых поступлений от них составит 3,1 млрд тенге НДС.
Нюанс в том, что ряд платформ уже платят цифровой НДС – специальный налог, которым облагаются зарубежные цифровые сервисы. Так Netflix по итогам прошлого года заплатил порядка 460 млн тенге, т.е. их аудитория в Казахстане составляет порядка 66,5 тыс. человек – почти в два раза меньше, чем заявляют разработчики.
Потенциально эти цифры могут основаны на информации от налоговых органов или финрегулятора, которые видят транзакции в адрес этих платформ, однако ссылок на источники в материалах нет, а поверить в наличие многочисленной платной аудитории у отдельных платформ в целом проблематично.
Четвертое, в анализе в целом нет информации о том, предпринимало ли правительство попытки провести переговоры с международными платформами по вопросам ограничению трансляции незарегистрированных в Казахстане телеканалов или отдельных произведений.
В силу ограниченности во времени и ресурсах, иногда госорганы предпочитают направлять запросы в иностранные компании не на английском языке (ссылаясь на официальный документооборот) и по непрофильным контактам, из-за чего не получают ответы.
Без этого же говорить о необходимости внедрения дополнительной регуляторной нагрузки и, соответственно, снижения доступа к казахстанскому рынку и его привлекательности для международных компаний, в целом может быть несколько избыточно.
Резюмируя вышесказанное можно сказать, что глобальные платформы, для которых объем казахстанского рынка не столь значим, могут оказаться перед простым (или не очень) выбором – пойти на увеличение затрат (содержание представительства, рост налоговой нагрузки и т.д.), либо отказаться от работы на нем.
Что думает на этот счет правительство в анализе не указано, как и не указано проводились ли какие-то консультации или исследования по данному вопросу для изучения мнения общества.
Также остается открытым вопрос о том, как на эту инициативу будут смотреть депутаты нового политического института и созыва.